| вернуться в раздел | | версия для печати |
Джаммария: "Я" алхимика переживёт смерть его личности
Интервью с последним адептом Европы
Генуэзец Джаммария Гонелла - наследник знаменитой неаполитанской магико-алхимической традиции, чьи корни уходят в глубь веков. С ранних лет Джаммария, чьё имя стало носителем его судьбы и литературным псевдонимом, посвятил себя изысканиям в области герметических наук. Встреча с бароном Риччьярдо Ричьярделли (другом и последователем легендарного Джулиано Креммерца, известным в эзотерических кругах как Марко Даффи) позволила обрести ему бесценные ключи к алхимическому знанию и создать таинственный Корпус Равных, объединение ревнителей и исследователей Царского Искусства. Его перу принадлежат ряд книг, одна из которых - "Эта неизвестная Алхимия", являющаяся превосходным введением в теорию и практику алхимического Магистерия, была удостоена награды министерства культуры Италии и в скором времени выйдет на русском языке. Об особенностях шествия по Пути Знания и Могущества, о смерти и бессмертии, о роли учителя в Священной Науке, о магии и алхимии Джаммария рассказывает в непринужденной и откровенной беседе с известным исследователем герметики Глебом Бутузовым.
Г.Б. Дорогой друг, у меня есть несколько вопросов. Это не мои личные вопросы, но, скорее, вопросы издательства, читателей, всех, кто интересуется твоей работой. Итак, во время войны ты был берасальером, затем стрелком из лука, успешно занимался дзю-до. По твоему мнению, боевые искусства необходимы на пути Алхимии как Ars Regia, кшатрийского пути?
Джаммария. Боевые искусства, как я считаю, могут быть полезны, если понимать их не как способ победить соперника, но как возможность обрести сам дух боевого искусства. Да, верно, когда я ступил на герметико-алхимический путь, я практиковал таковые, в том числе дзю-до, а также западное боевое искусство, пришедшее в Геную из Франции, – сават, бокс, включающий удары руками и ногами. Я занимался дзю-до добрых лет двадцать; когда я был молод, один день в неделю посвящал стрельбе из лука, два вечера – дзюдо и один вечер – савату. Позднее я оставил один вечер на дзю-до и два на сават. Однако, когда я ухватил этот дух, который находится, скажем, за пределами прилежания, за пределами тактики и техники, ударов руками и ногами, а также бросков соперника на землю, я оставил борьбу, поскольку понял, что большая часть борцов относится к ней как к времяпровождению. То же самое произошло со стрельбой из лука. Я опирался только на этот дух, который состоит в том, чтобы самому быть стрелой; в конце концов, я стал тренером по стрельбе. Я начал организовывать соревнования по всей стране. И вот, на одном турнире, проходившем недалеко от Борро в имении Амедео д'Аоста, я вдруг осознал, что все стреляют с одной мыслью: попасть только в центр, только в центр!.. От этого нужно бежать... Тех, кто мыслил иначе, было в принципе немного, может, десятка два; но тогда, на этом турнире, нас вообще оказалось двое. И я решил: это мой последний турнир.
Г.Б. Год назад, когда мы обсуждали «Корпус Равных», ты сказал, что это была группа ad hoc, и ты распустил её, когда она исчерпала себя. Кто достиг успеха в группе, с кем произошла трансформация?
Джаммария. Только Рикардо Торри, я считаю. Хотя он и не был регулярным участником «Корпуса Равных», но лишь членом «Менсы» [трапез, описанных Дж. Санджорджио в книге In Vino Veritas . – Г.Б.]. За несколько дней до смерти он позвонил мне и сказал, как сейчас помню: «Когда Дуччо Торри, – мы так звали его, Дуччо, Рикардуччо, – когда Дуччо Торри умрёт, Я не умру». На мой взгляд, он очень хорошо осознал, что когда человек произносит «я», он идентифицируется с анаграфическим, очерчивает себя; когда анаграф умирает, также умирает индивидуум, «я». Но если человек говорит «Я», имея в виду Принцип, как это делали многие мистики, – Майстер Экхарт, например, хорошо понимал это, – то в случае смерти Майстера Экхарта, или Джаммарии, – не умирает его «Я», потому что оно не идентифицируется с обыденной личностью... Я организовал «Корпус Равных» в шестидесятые годы, когда один адвокат-масон в возрасте моего отца обратился ко мне так: «Гонелла, от вашего батюшки – он ко всем обращался только на «вы», даже к молодым, – я знаю, что вы посвящаете время определённым исследованиям. Я и мои друзья-масоны Ложи Бахромы хотели бы с ними ознакомиться. Вы согласны, коллега?» Так мы встретились с Марио Модио, Филиппо Риги и ещё одним... Анджелино Ронкальдо... и дугими, конечно, – все были старше меня. Я сказал им: «Я ничему не могу вас научить, если вы предварительно не ознакомитесь с теми документами, на которых учился я сам. Таким образом, у меня к вам есть одна просьба: размножьте работы Марко Даффи. Ты, Филиппо, заместитель администратора трамвайных линий в Генуе, в твоём распоряжении есть копировальный аппарат, ты мог бы сделать копии». Он согласился. Таким образом, это состоялось. Я упорядочил те документы Марко Даффи, которые, скажем так, представляли интерес, которые были отредактированы и откорректированы, и Филиппо Риги размножил их; эти работы мы и обсуждали. Так мы занимались в течение шести лет, если мне не изменяет память, – до тех пор, пока, скажем, не была выполнена задача этой своеобразной библиотеки; затем я учредил «Корпус Равных», продлив срок существования группы ещё на четыре года. Причина такова: все участники были из масонской среды, для них большое значение имели названия, поэтому я назвал группу «Корпус Равных», им это было важно. Надо признать, наша совместная работа помогла мне договориться с издательствами – сначала «Алкагест», затем «Кеми» – о публикации книг. При этом первыми выпущенными работами, за исключением Книги Ак-Дзур, были не мои тексты, а тексты Марко Даффи. Потому что я посчитал уместным опубликовать в первую очередь его работы, а потом уже свои собственные. Затем, один из участников покинул группу. Предварительно он вынул мне всю душу, требуя, чтобы я научил его чему-то практическому. Я предложил ему кое-какую практику. Он испугался. «То, что я испытал, мне не нравится. Весь этот герметизм не для меня». И он больше не появлялся. Остальные, однако, остались. Затем другой участник умер, и я решил распустить группу. Группу я распустил, но тем временем стали появляться новые люди. И тогда я решил: «Хорошо. Вы будете членами «Менсы». Вот, как здесь [указывает на обеденный стол. – Г.Б.], когда все вместе трапезничают, каждый приносит что-то. «Менса» просуществовала, может, лет двадцать, около того. Но всё же, по моему мнению, лишь один человек – имея в виду и «Корпус Равных», и «Менсу» – достиг реализации. Это Дуччо Торри.
Г.Б. Многие современные искатели Пути думают, что Маэстро – или гуру – вроде школьного учителя: он даёт задания, проверяет их выполнение и исправляет ошибки. Они верят, что если старательно слушаться мастера, обретёшь Философский Камень. По твоему мнению, какова подлинная роль Маэстро – или, скажем, знающего и продвинутого алхимика?
Джаммария. В алхимии не существует маэстро в общепринятом смысле этого слова. Потому что алхимия познаётся посредством собственного опыта. У меня никогда не было претензии представлять себя в качестве маэстро. Да, верно, есть люди, которые знают больше. Но представим себе, что мы совершаем трудный подъём – ты, Анна и другие. Вполне возможно, что я знаю этот маршрут лучше и могу сказать: «Послушайте, Анна, Глеб, сюда лучше руки не совать, лучше ухватиться вот здесь». Это рекомендация. Но я не скажу вам: «Быстро руки сюда!» Никогда, ни при каких обстоятельствах. Если потом ты, или там Тицио, Кайо [гипотетические персоны, как Иванов-Петров в русском языке. – Г.Б.], начнёте говорить: «Джаммария был нашим Маэстро во время восхождения...» – это другая история. Но в герметико-алхимическом контексте Магистр – тот, кто обладает маг [свойством или состоянием, которое лежит в основе магии. – Г.Б.]. Но это соврешенно не он, кто выступает в качестве ведущего. Представлять себя в такой роли – величайшая инициатическая ошибка. Потому что если предлагаешь в подобной роли свою личность, ты придаёшь значение персоне. Ведь это вполне ясно, да?.. С другой стороны, если в такой традиции, как йога, присутствует фигура магистра, следует помнить о соответствующей эпохе, культурном контексте, расе. Но в алхимии – никаких магистров и маэстро. Да, в алхимическом герметизме выделяется фигура Креммерца. Но этот образ берёт начало в гностицизме; в свою очередь, креммерцианский гностицизм наследует гностицизму ближневосточному, а тот уже связан с джайнизмом, каковой, по сути, есть форма религии, minus quam ...
Г.Б. Столь популярные сегодня восточные практики используют специфические техники, такие, как медитация, асаны и т.д. Есть ли нечто подобное в западной традиции, в частности, в алхимии? И можно ли сочетать восточные и западные практики?
Джаммария. В герметико-алхимической традиции практика соврешенно не имеет связи с церемонией, ни в коей мере. Да, я написал Книгу Ак-Дзур, в которой предлагается использовать то свойство психики, в соответствии с каковым если читать фразу, многократно повторяя её, она утрачивает концептуальный смысл и «интериоризируется», но это немного другая история. Я бы назвал это безыскусностью, если позволишь, поскольку я скопировал приём. Эту безыскусность следует воспринимать так: попробуй, если интересно; возможно, тебе это поможет, как помогло мне. И никак иначе. Повторяю, даже в случае ритуалистики суфизма, следует помнить, что она подходит для определённого типа людей, живущих в определённом мире, определённой культуре, в определённое время к тому же...
Г.Б. Собственно, следующий вопрос как раз касается твоего отношения к ритулам. По твоему мнению, ритуалистика является необходимым инструментом только для магии или также и для алхимии?
Джаммария. Хорошо, слушай внимательно. Я считаю, что если ты понимаешь ритуал истинно, как рельсы, по которым следует направить свою волю, – причём под волей я имею ввиду энергетический заряд воображения, посредством коего ты проецируешь образ, делая его живым, экзистенциальным, – то такой ритуал может принести свои плоды, и сам я пользуюсь этим... Мои друзья по «Корпусу» и «Менсе» спрашивали, неужели нет никакого ритуала в общепринятом смысле слова? Нет. Не существует никакого ритуала, который был бы действенным сам по себе. Поскольку если бы такой ритуал существовал, каждый, кто сподобился повторить его, всякий дворник, обретал бы плод. Нет, свои рельсы ты должен проложить сам, так, чтобы они наилучшим образом ритуализировали твою волю. Вот что я могу сказать на основе своего собственного опыта.
Г.Б. Такой вопрос. Возможно ли по ходу алхимического итинерария развить в себе сверхъестественные или магические способности?
Джаммария. Я лично считаю, что магия – путь, ведущий к могуществу, или обладанию силами. В то же время, Путь Знания – это путь к овладению знанием. Но мне лично кажется, что для iter в магии силы не являются определяющими, но его следует понимать как средство получения большего знания; при этом, фактически, большее знание даёт тебе большее могущество. Сила, с алхимиеской и герметической точки зрения, не является некоей добычей. На самом деле здесь мы должны провести различие между так называемой божественной или трансмутативной магией и магией коммутативной, то есть магиями, имеющими целью быть и иметь соответственно. Это две разные вещи... В алхимическом герметизме, если какой-то алхимик пишет или говорит о магических вещах – пишет или говорит искренне, понятное дело, – это касается трансмутативной магии. Но алхимия – путь знания, в себе и для себя, и она также может вести к познанию магической работы. Это вполне естественно.
Г.Б. Спасибо. Наконец, в качестве последнего вопроса: какой совет – или советы – ты мог бы дать новичкам на герметико-алхимическом пути? Что наиболее важно в начале?
Джаммария. Молодым людям, которые ко мне заходят, в частности, моим флорентийским знакомым, я сказал: «Да, следует приучать себя к культуре герметико-алхимического символизма. Потому что когда я говорю «Солнце», а даю тебе образ идеи, когда я говорю «Луна», я даю образ идеи, каковые выходят за пределы буквальной концепции, когда я говорю «Сатурн», то же... Но в процессе восприятия концепции – и это имеет фундаментальную важность – ты не должен индентифицировать себя с тем, что ты есть биографически». Эти ребята были здесь две недели назад, и я сказал им, точнее, в который раз повторил, – мне известно, как эти вещи легко понимаются рационально, но трудно реализуются: «Посмотри, Кекко – это Франческо, мы называем его Кекко, – ты сидишь рядом с Кристианом напротив Джаммарии. Смотри на это, как если бы ты был за пределами группы, смотри на себя самого. В этом принцип». Таким образом, смотреть на себя со стороны надо, чтобы идентифицироваться с тем субъектом, который видит свою обыденную ипостась. Я также сказал им, исходя из своего опыта: «Хотя Джаммария – это Джаммария, а Кекко – это Кекко, я нахожу полезным использовать имя нумена, каковой есть этот самый субъект, выражение Принципа; в герметическом алхимизме мы называем его нуменом, или, скажем, присутствием нуменального в индивидууме. Дай ему имя. Например, в своё время я дал ему имя Ак-Дзур. Для меня это было действенно, произнесение имени Ак-Дзур моментально переносило «я». Имя может меняться. Я подписывал тексты «Ак-Дзур», потом «Джи-Эм-Джи», затем обнаружил, что моё имя – Джам-Мария, андрогинное имя, – в своей глубине является носителем моей судьбы. И я стал подписываться просто «Джаммария». Так вот, дай ему имя». А он мне отвечает: «Я не могу найти имени, которое бы мне показалось соответствующим». «Ничего страшного. Навостри уши и почувствуй, когда имя позволит тебе де-индетифицироваться с твоим анаграфическим и идентифицироваться с твоим нуменальным. Ты можешь практиковать это целые дни напролёт». Он мне говорит: «Даже когда я иду в туалет?» «Конечно! Смотрю и вижу Кекко, который оправляется. Прекрасно... Вижу Кекко, который, извини за выражение, трахает женщину». Конечно, это значительно более трудная задача в момент оргазма, поскольку оргазм тебя отчуждает. Здесь в ход идёт так называемая сексуальная магия, каковая есть раздел магии, посвящённый использованию секса. Безусловно, здесь не может быть никакого наслаждения, потому что если тебе удаётся де-идентифицироваться, то это «он», кто наслаждется. Но со стороны все видят наслаждающимся тебя.
Г.Б. Прекрасно, большое спасибо.
Джаммария. Пожалуйста. Но всё, что я говорил, я говорил исходя из собственного опыта; надеюсь, это ясно. Я не хочу никого учить... Никого.
Генуя, 12 сентября 2010 г.
СМ. ТАКЖЕ:
Глеб Бутузов - Лук и верёвка. Предисловие к книге Джаммарии «Эта неизвестна Алхимия»Джаммария - Герметическая Книга Мёртвых. Глава из книги «Эта неизвестная Алхимия»
Книга Джаммарии «Эта неизвестная Алхимия» готовится к выходу в издательстве TERRA FOLIATA
| вернуться в раздел | | на верх |